Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика

Зооволонтёры в Тюмени: кто эти люди, что бескорыстно борются за жизни животных?

Мы поговорили с добровольцами и узнали, что подтолкнуло их к этому виду деятельности и с какими сложностями они сталкиваются
В идеальном мире необходимости в добровольческой помощи животным нет. Но мы живём не в таком обществе. В наши дни присутствие зооволонтёров в социуме, где люди позволяют себе выбрасывать питомцев на улицу, издеваться над собаками и кошками, сбивать их на дорогах, остаётся острой нуждой. Волонтёры помогают приютам, участвуют в акциях, учат людей заботиться о своих домашних питомцах, выхаживают их после травм… Но какие они — эти люди, что бескорыстно посвящают огромное количество своего времени заботе о братьях наших меньших и зачастую первыми приходят к ним на помощь в самых сложных ситуациях?

В нашем городе есть сотни добровольцев, работающих с животными. Мы поговорили с добровольцами и узнали, что подтолкнуло их к этому виду деятельности и с какими сложностями они сталкиваются.
1
«Вот оно лежит больное и несчастное, а потом бегает и прыгает — это кайф»
Евгения Здорнова является создателем известного на весь город фонда помощи животным «Потеряшки». Сегодня об этой организации действительно знают все, хотя ещё десять лет назад всё было иначе — люди не понимали, куда можно обратиться, если животное попало в беду, если ему необходима помощь. С такой же проблемой столкнулась и Евгения, когда на её даче оказались четыре щенка.
Я знала, что в Москве и Питере существуют организации, которые оказывают подобную помощь. Стала искать аналог в Тюмени, оказалась, у нас его нет. Чтобы решить собственную проблему, в сентябре 2007 года я завела группу в сети и стала раздавать собак. В мае 2008 года у нас заработала горячая линия. В феврале 2009-го Благотворительный фонд помощи животным «Потеряшки» был официально зарегистрирован в качестве НКО (некоммерческая организация — прим.ред)
Евгения Здорнова
основатель фонда «Потеряшки»
Сегодня фонд помогает животным в самых трудных ситуациях и гордится спасёнными жизнями каждой собаки, кошки. Однако об отсутствии трудностей говорить не приходится. По словам Евгении, главная проблема волонтёрства в любом регионе — это нехватка ресурсов. Прежде всего человеческих, когда элементарно не хватает рабочих рук, и финансовых. Впрочем, она же признаётся, что работающие с животными волонтёры взамен получают немало — драгоценные эмоции.

— Когда вот оно лежит больное и несчастное, а потом бегает и прыгает — это отдельный кайф, — говорит тюменка.
2

«Сколько я себя помню, я помогаю животным»

День Ирины Бутаковойначинается с собак и заканчивается тоже ими — у тюменки дома живут семь (!) псов. Каждый из них когда-то оказался в трудной ситуации, женщина ухаживала за ними, а после просто не смогла отдать в чужие руки. Покормить, погулять, помыть лапы... соблюдение режима дня любимых питомцев женщина умело совмещает с работой адвоката. Каждый её день проходит в бойком ключе, но сесть на диван, вязать носки и смотреть сериалы ей пока не хочется.
— Мне 61 год и сколько я себя помню, я помогаю животным. Мои родители работали на крайнем севере и часто подбирали животных, ухаживали за ними, я тоже не отставала. По существу помощью я начала заниматься с 2010-2011 годов. Подобрала на улице щенка с выбитым гноившимся глазом. Схватила его и побежала в ветеринарную клинику, умоляла врачей, чтобы они его спасли. По наивности рассчитывала, что кто-то собаку потерял, но уже потом пришла к выводу, что не все животные потеряны. Тогда я и познакомилась с фондом помощи животным и втянулась в это дело
Ирина Бутакова
волонтёр
По мнению Ирины, проблема бездомных животных не будет решена до тех пор, пока люди не научатся ответственно походить к приобретению питомцев, а государство не начнёт точечно разрабатывать программу по защите братьев наших меньших.

— Издав закон об ответственном обращении с животными, правительство не разработало программу его реализации. Приходишь в полицию, говоришь, что в дачном сообществе кто-то стреляет в собак, тебе сразу скажут, что это Пётр Иванович, орущий об этом на каждом углу. И никто ничего не сделает, — говорит тюменка. — В других странах уже давно начали решать проблему бездомных животных. Именно решать, а не обсуждать. Мы ещё на стадии критики «Брошенные животные это плохо» и всё. Пути решения этих проблем, хоть они на сегодняшний день уже прописаны в законах, на деле не реализуются. Потому что нет исполнительного механизма.

Одним лишь отловом безнадзорных животных, уверена Ирина, в данной ситуации не обойтись — необходимо развивать сеть приютов и вести активную пропаганду ответственного отношения к собакам, кошкам, всем животным. Ведь в конце концов всё сводится к простой истине, которую на страницах «Маленького принца» до людей пытался донести Антуан де Сент-Экзюпери: «Мы в ответе за тех, кого приручили».
3
«Я увидела Фореста и у меня сердце растаяло»
Дарья Григорьева около восьми лет из уже прожитых 26-ти посвятила заботе о животных. Всё началось с простого поста в соцсетях с информацией о собаке, который нуждался в помощи. Не выдержав, девушка забрала песика и увезла его в ветклинику. Так и начался её волонтёрский путь — передержки, финансовая помощь — жизнь неразрывно связана с кошками и собаками. Уже несколько месяцев вместе с Дашей и её молодым человеком живёт Форест Гав — жизнерадостный хвостатый парень, которому были поставлены пугающие диагнозы — гидроцефалия, мозжечковая атаксия и синдром Денди-Уокера. Узнав о болезни, девушка не сдалась:
— Я его как увидела, у меня сердце растаяло, слёзы, истерика. Так у нас и началась дружба. Сначала его называли обычным именем Рэкс, но я изменила его, потому что он у меня ассоциировался с любимым фильмом «Форест Гамп». Там есть крылатая фраза «Форест беги, беги Форест». Я подумала, что и мой щенок должен будет побежать
Дарья Григорьева
волонтёр
Самое тяжёлое для Даши — отсутствие возможностей для помощи её псу в тюменских клиниках. Ей регулярно приходится контактировать с питерскими ветбольницами. Один раз они уже ездили в Санкт-Петербург на консультацию, а в сентябре поедут на операцию.
Уход за Форестом отнимает очень много времени и сил у Даши и её молодого человека: массажи, смена пелёнок, кормление, сейчас пёс живёт в доме у озера, поэтому с ним регулярно занимаются плаванием.

— Он всегда будет немного шататься, но он будет жить. Если раньше у него голова моталась вправо-влево, сейчас этого нет. Лапы тоже дёргались наобум, а сейчас шевелит ими осознанно, — говорит девушка.

По словам Дарьи, волонтёрская деятельность не всегда встречала позитивный отклик у её близких, однако со временем родители и молодой человек привыкли к этому Дашиному призванию.
— Родители не поддерживали моего увлечения, но я знаю, что они гордятся мною. Молодой человек всегда говорит мне, что он не волонтёр, но тоже помогает. Как-то я ночью с подругой поехала в Винзили, чтобы достать с дерева застрявшего котёнка. Приехала домой и не знала, как сказать ему, что малыш будет жить у нас. А он очень был похож на котёнка, который не так давно был у нас на передержке, поэтому я просто оставила его. Мы неделю жили и он даже не заметил. Когда понял всё, позвонил и сказал мне «Я так и знал, что ты его домой притащишь»
Дарья Григорьева
волонтёр
4

«Волонтёрство занимает 18 часов из 24-х»

Куратор травмированных собак фонда «Потеряшки» Татьяна Воробьёва с детства была близка к животным — вместе с ней в квартире жила большая немецкая овчарка. Спустя много лет жизнь тюменки всё также близка к собакам. Девушка признаётся, что волонтёрство занимает 18 часов из возможных 24-х, работу и все домашние дела приходится делать набегу, но всё это стоит того, потому что на кону, как правило, стоит жизнь. Тюменка работает с раненными собаками больше трёх лет и признаётся, что это не всегда даётся легко:
— Я помню октябрь 2016 года. Тогда я только начинала курировать травмированных собак. Сначала ко мне привезли сбитую собаку, у неё был пневмоторакс, сломан таз и крестец. Ей поставили «лягушку» и сказали каждые три часа откачивать эту кровь, но она наполнялась каждый час. Первые два дня я каждые 60 минут просыпалась, сливала кровь и дальше спать. На следующий день на Старотобольском тракте тоже сбили собаку, у неё были точно такие же травмы, её тоже привезли мне с «лягушкой». Проходит три дня, у Учхоза сбивают собаку, у неё сломан таз. Никто не может взять на передержку, стационар мы не можем себе позволить, привезли ко мне. Для стабилизации состояния понадобилось три недели. Все, кто видели меня в то время, говорят, что я была похожа на робота — спала по будильнику, думала, что не справлюсь, срывалась на слёзы
Татьяна Воробьёва
куратор травмированных собак фонда «Потеряшки»
По словам девушки, со временем она адаптировалась к условиям работы с травмированными собаками, психика стала более устойчивой.

— Если раньше я могла прорыдать полночи вместе с собакой, то сейчас такое бывает крайне редко — обычно только тогда, когда я знаю, что пса надо усыплять из-за несовместимых с жизнью травм, — говорит девушка.

Татьяна считает, что самая главная проблема волонтёров в Тюмени — отсутствие спроса на здоровых животных, содержащихся в приютах. Если бы с передержки забирали собак и кошек, то процесс помощи животным происходил бы гораздо быстрее.
В наши дни, особенно если сравнивать с ситуацией 20-летней давности, зооволонтёров в Тюмени немало. Однако этим людям всё равно приходится сталкиваться с проблемами — недостаток рабочих сил, необходимость всегда искать деньги для лечения животного, нежелание людей брать питомцев из приюта и т.д.

При этом защита и возможность оказания нормальной помощи животным — это одна из важнейших и давно назревших проблем нашего общества. Её решение, и в этом сходятся все волонтёры, должно инициироваться и прорабатываться на законодательном уровне, а не только силами самих добровольцев и специализированных фондов. Ведь главная задача — это создание защищенной и комфортной среды не только для человека, но и каждого животного, будь оно домашним или диким.